"У нас очень много денег", или Как Роснано оставило государству "дырку от бублика"

23 ноября 2021 г.
0

"У нас очень много денег", или Как Роснано оставило государству "дырку от бублика"
"У нас очень много денег", или Как Роснано оставило государству "дырку от бублика"

Безрадостные времена, похоже, настали для Роснано. А как в своё время, ещё под руководством Анатолия Чубайса, там зажигали прожекты! И денег было "много, очень много".

Теперь же управляющая компания ломает голову над тем, чтобы долги госкомпании реструктурировать и не уронить при этом котировки ценных бумаг компаний с участием госкапитала, таких, как "Газпром", ВЭБ, ГТЛК, "Аэрофлот", потому что если Роснано обанкротится, то доверие к остальным окологосударственным компаниям упадёт, рынок ценных бумаг пошатнётся. То есть спасать надо Роснано так, чтобы не допустить дефолта. Дефолт вообще родовая травма Чубайса и Ко, стоило ли ожидать, что с созданием Роснано, целью которого было внедрение инноваций, получится как-то иначе?

19 ноября в Роснано провели встречу с кредиторами и крупными держателями своих облигаций, после чего Мосбиржа по предписанию ЦБ приостановила торги всеми выпусками бондов российской госкомпании. 22 ноября торги на площадке возобновились — c обвалом. В своем сообщении о встрече с кредиторами и крупными владельцами облигаций Роснано указало, что на повестке было обсуждение финансовых результатов её работы и возможные сценарии реструктуризации долгов. Источник Forbes, знакомый с организацией переговоров, рассказал, что на встречу пригласили кредиторов с общим объемом обязательств более 70% от общего долга, среди них — Совкомбанк, банк "Санкт-Петербург", Промсвязьбанк и другие.

По словам собеседника издания, объем исторически накопленных обязательств Роснано составляет около 148 млрд руб. За период с 2013 по 2021 годы компания выплатила кредиторам более 120 млрд руб. в виде процентов, добавил источник, знакомый с организацией переговоров Роснано. "С учетом непропорционального долга и завышенных процентных ставок, начало открытого диалога с кредиторами — логичный и закономерный процесс", — сказал источник.

Между тем, экономист, бывший замминистра финансов и зампред ЦБ при Ельцине Сергей Алексашенко подсчитал, что в 2007-2011 годах государство дало Чубайсу в управление 105 млрд руб. ($4 млрд по курсу того времени), а на середину 2021 капитал Роснано составил $353 млн, и только потому, что МСФО разрешает засчитывать часть кредитов в капитал. Этот так называемый "добавочный капитал" составляет $813 млн, то есть, по мнению Алексашенко, от собственно государственных денег у Роснано ничего не осталась — "дырка от бублика", а вернее — минус $460 млн.

Интересно, что в 2020 году Анатолий Чубайс ушел с поста руководителя Роснано на должность спецпредставителя президента по связям с международными организациями для достижения целей устойчивого развития. Отставка "непотопляемого" руководителя госкомпании проходила под соусом проведения реорганизации институтов развития и повышения их эффективности. А по факту, как предполагает Сергей Алексашенко, к тому времени из Роснано "вынесли всё или почти всё", а Чубайса просто вывели из-под удара? Повторимся, это говорит один из экономистов либерального же крыла. Экономист Сергей Глазьев указывает, что хоть они и расходятся во взглядах с Алексашенко, но "считать он умеет и в воровстве не замечен, человек принципиальный".

"У нас очень много денег", или Как Роснано оставило государству "дырку от бублика"

При этом нет никакой уверенности, что на Роснано все закончится. Есть ещё Сколково и другие подобные проекты. Зачем государству такие компании — чтобы, как принято выражаться, "освоить" научно-технический прогресс? Роснано, по сути, было попыткой альтернативной организации науки в России, так считает исследователь экономической политики, член генсовета "Партии Дела" Андрей Паршев.

"Мы говорили об этом тогда, когда это начиналось — и Сколково, и Роснано. Есть понятие стартап, и никто не гарантирует, что стартап будет успешным. Ну, так и получилось, что он оказался неуспешным, деньги в него вложены, не дали отдачи и, скорее всего, не будут возвращены. И ведь никто даже не определил, что это за нанотехнологии, что имелось в виду", — говорит он.

Но гораздо важнее, по его словам, что никто в мире на самом деле не зарабатывает на разработке и продаже технологий. Весь заработок идёт на продукции, которая произведена по ним. Более того, во всех государствах технологии не то, что не продаются, они строжайше охраняются, и немало людей сидят в тюрьмах за попытки их кражи.

И, наконец, главное: в стране, которая не является производящей, не контролирует и не способствует развитию производства, не может быть каких-то островков высоких технологий, которые непонятно где и кем будут применяться для извлечения прибыли. Вряд ли кто-то знает о том, для каких последних крупных проектов оказались полезны разработки "роснаноподобных" компаний.

"Если мы возьмём такие значимые проекты, как строительство моста в Крым, то там наши проектировщики работали, слава богу, у нас есть хорошие проектировщики, но многие ключевые технологические моменты были иностранные", — констатирует Андрей Паршев.

Например, иностранными были домкраты, которые поднимали гигантские арки мостов. Подводный кабель, который обеспечил энергомост, поставили китайцы, потому что другие производители побоялись американских санкций и не сделали этого. Или взять завод по сжижению газа на севере, он практически полностью разработан иностранцами, в частности, это были американские, немецкие, китайские разработчики.

"В советское время наши учёные заслужили высочайшее доверие и у народа, и у руководства страны, когда была решена ядерная проблема, ракетная проблема, были учёные Ландау, Лифшиц, Курчатов и так далее, перечислять можно много. Потом, после развала СССР, у нас возникла комбинированная проблема, научно-производственная, когда никак наука в производство не идёт, никак не получается высокотехнологичная продукция. И поэтому возникла вот такая идея у наших "эффективных менеджеров" — создать параллельную научную систему, которая должна на других принципах работать, но, к сожалению, проблема внедрения не решена — мы чего-то делаем, а получается всё какое-то удовлетворение любопытства", — считает Андрей Паршев.

По его словам, вся эта ситуация с Роснано говорит о том, что у нас не получилось вписаться в научно-технический прогресс, в альтернативную организацию науки. Горькая правда состоит в том, что всё новое — это хорошо забытое старое. И история современной России доказывает лишь то, что у нас неважно получается всё новое, если оно не коренится в разработках ещё советского периода.

nakanune.ru


Теги статьи: Чубайс АнатолийСовкомбанкРоснаноПаршев АндрейГТЛКГазпромВЭБАэрофлотАлексашенко Сергей

Статьи по теме:

На столе лежат готовые дела по четырем проектам Роснано (Чубайса)
Алишер Усманов продал долю «ВКонтакте» СОГАЗу. Теперь соцсеть в руках «Газпрома»
«Станет главным доказательством в большом «деле Роснано»
Золотов отводит «огонь» от себя
Анатолий Чубайс признался Ксении Собчак, что все плохое в России происходит из-за него